Гордясь своими предками,
не лишай такой возможности своих потомков
» » » АТАЛЫЧЕСТВО У АДЫГОВ И СОВРЕМЕННЫЙ СПОРТ: ОБУЧЕНИЕ ЦЕЛЕПОЛАГАНИЮ

АТАЛЫЧЕСТВО У АДЫГОВ И СОВРЕМЕННЫЙ СПОРТ: ОБУЧЕНИЕ ЦЕЛЕПОЛАГАНИЮ

Добавлено: 18.04.19
Автор: admin
Комментарии (0)

На протяжении веков у адыгов существовал институт аталычества, который сформировал свои традиции и особенности, характеризовавшие исключительно черкесский народ. Как отмечал в 1780-х гг. немецкий дипломат Якоб Рейнеггс, «Когда родится сын у князя или у кого-либо из княжеского рода, он (князь) должен убедить мать подарками и мольбами разрешить ему забрать ребенка. Если мать соглашается, вассал с семью другими дворянами приходит ночью к дому князя, забирает ребенка и воспитывает его в своем доме. Свидетели следят по очереди за его воспитанием, начиная с того момента, когда печать поставлена и привязана к ребенку. И когда требуется составить список изменений (у растущего ребенка), собираются все семь свидетелей, чтобы тщательно зафиксировать все изменения, которые затем записываются муллой, чтобы все подозрения в отношении подмены ребенка могли быть отвергнуты» (1).

Вне всяких сомнений, обучение у аталыка способствовало воспитанию сына князя в строгости и формированию у него своего характера. По описанию того же Якоба Рейнеггса, «молодой человек обучался тому, что черкесский князь должен знать, он наставляется в религии, чтении и письме; он изучает все секреты верховой езды, стрельбы и грабежа, и, когда ему исполняется 16 лет, его приемный отец должен одеть его во все новое соответственно его рангу, снабдить новой кольчугой, саблей, кинжалом, ружьем, луком и стрелами, лошадью и рабом» (1).

При этом, аталыком или же «приемным отцом» мог быть не каждый желающий. А только тот, кто действительно заслуживал такой высокой чести. Как отмечал немецкий историк и этнограф Генрих – Юлиус фон Клапрот в начале XIX века, «отец отдает сына на воспитание одному из своих узденей (приближенных), каждый из которых стремится к тому, чтобы ему была оказана эта честь….. Родители не платят ему ничего за его старания, ни за питание и одежду ребенка. Но за это, как только его воспитанник вырастет, воспитатель получает от него (отца воспитанника) лучшую часть добычи, захваченной им на войне или во время разбойничьих набегов» (2). Между тем, кем бы ни был аталык, взяв княжеского ребенка на воспитание, он должен был «обучать, одевать и кормить ребенка до того дня, когда его необходимо доставить домой к родителям» (2).

Обучение воспитанника длилось до достижения им брачного возраста. А само обучение заключалось, как это описано у нидерландского консула Тэбу де Мариньи, «в различных физических упражнениях для развития силы и ловкости, в верховой езде, воровстве, военных походах, стрельбе из лука, ружья, пистолета и т. д. Они также обучаются красноречию и рассудительному правосудию; это обеспечивает им авторитет на народных собраниях» (3). И лишь после праздника возвращения воспитанника домой аталыка одаривали подарками и наделяли в семье своего воспитанника «званием отца, которое сохраняется за ним пожизненно и нерушимо» (3).

Между тем, воспитание сына князя было ответственным и непростым делом. И аталык относился к нему со всей серьезностью, понимая, что должен был воспитать и подготовить достойную смену князю. Как отмечал русский генерал Иоганн Бларамберг в 1830-е гг., «с самого юного возраста аталык приучает своего воспитанника к упражнениям, которые закаливают его тело и развивают в нем ловкость; с этой целью он предпринимает с ним небольшие вылазки за добычей, учит его ловко воровать сначала у своих крестьян барана, корову, лошадь; а позднее посылает его к соседям — воровать их скот и даже людей» (4). Как правило, «вся добыча, которую удается захватить воспитаннику, принадлежит его воспитателю. До тех пор пока воспитание не завершено, отец только изредка может видеть своего сына, и для него было бы большим стыдом заговорить с ним в присутствии постороннего» (4).

Порой чрезмерное старание аталыка было чревато трудностями для его собственной семьи. По описанию немецкого ботаника Карла Коха, «он должен обо всем заботиться для своего воспитанника. Он должен обеспечить пропитание кормилице с младенцем и одевать их. Он должен научить своего выросшего воспитанника обращению с оружием, которое он ему должен дать, и должен научить воспитанника также ездить верхом, обеспечив его при этом лошадью. Потребности воспитанника с годами растут, и когда он в состоянии натянуть тяжелый лук, стрелять из ружья и умело ездить верхом, то воспитатель в первый раз ведет его на битву, но и здесь он должен беспокоиться о благополучии своего воспитанника. Единственное, что он при этом получает, это большая часть добычи. …Чтобы стать для воспитанника всем, он жертвует своей семьей, и в то время как воспитанник бывает хорошо одетым и прекрасно вооруженным, собственные дети воспитателя голодают и бегают в лохмотьях» (5).

Безусловно, аталык должен был стараться, чтобы успешно исполнить свой долг наставника и достичь того, чтобы о его ученике «п1уе» говорили так же, как писал английский военный Джеймс Белл в конце 30-х гг. XIX-го столетия, а именно: «Этот молодой человек показал перед нами, кроме замечательного искусства управлять лошадью и уменья на всем скаку вынуть ружье из чехла, поднять курок и выстрелить в шапку, брошенную на землю, еще и другое проявление ловкости, которое мне еще не приходилось ранее видеть, а именно, выпрыгнуть из седла на землю и почти в то же мгновение зарядить ружье и выхватить саблю из ножен» (6). Воспитателю следовало держать воспитанника в строгости и обучать его достигать поставленных целей. В целом, воспитание под руководством аталыка продолжалось шесть-восемь лет, включавших детство, отрочество и даже юность ученика.

Как ни странно, но сегодня обучение аталыка схоже со спортивным наставничеством. И хотя современные тренеры лишь отчасти напоминают адыгских аталыков, а юные спортсмены совсем не сыновья черкесских князей и не оторваны от дома, родителей и семьи ради воспитательных целей, их сходство очевидно. Английский корреспондент Дж Лонгворт писал в конце 1830-х гг., что «молодые люди с удовольствием, продолжали свои занятия спортом. Главным из видов спорта была гонка, а скорее даже охота, когда одного всадника на полном скаку преследовали несколько других всадников, а тот стремился увернуться от них, используя для этого не только скоростные качества своего скакуна, но и различного рода хитрости, уловки, а также неровности местности. Чтобы доказать талант хорошего стрелка, они упражняются в стрельбе на длинную дистанцию, стреляя с подпорки, а также ведут стрельбу на полном скаку, сбивая на землю шапку, причем искусство состоит в том, чтобы моментально выхватить ружье, висящее за спиной в фетровом чехле; то же самое упражнение проделывается и с пистолетом. Стрельба из лука, хотя она и не в такой моде, как ружейная стрельба, также имеет своих любителей. … К этим упражнениям следует добавить борьбу и толкание больших камней» (7).

Действительно, аталыки да и адыги, в целом, придавали важное значение физическому воспитанию подрастающего поколения. Для этого с раннего детства детей приобщали к обрядовым играм с силовыми упражнениями, старались на сходах объяснять, как выполнять то или иное упражнение, как побеждать в том или ином состязании, требовательно готовили молодых к игрищам, скачкам и соревнованиям. Но не только ради победы в аульских состязаниях тренировали юношей у адыгов. По известным причинам «основная направленность физической подготовки у адыгов преследовала военно-прикладные цели. Совершенству владения оружием предшествовали постоянные упражнения» (8, 165). С выполнением физических упражнений связаны и конные игры. Существовал конный вид спортивных упражнений с поднятием монет и других легких предметов с земли. Это было своеобразной джигитовкой, что по-адыгски звучало «л1ыгъэ гъэунэху» - «поверка мужественности» (8, 166). Кроме того, многочисленные народные игры, такие как: к1эн («альчики»), чэрмэчэц («игра с отбиванием головных уборов»), хьэшакъ (вид хоккея), сап1эхэт1э («игра с ножом») и другие играли важную роль в системе воспитания, в особенности физических качеств. К тому же, они способствовали развитию воли, характера, целеустремленности, выносливости, умению ориентироваться в пространстве. Таким образом, все эти упражнения и игры были подчиненны одной цели – развить у подрастающего поколения определенные психо-физические способности, тем самым обеспечив защиту своих земель. И именно из-за этого у адыгов была целенаправленная заинтересованность в воспитании человека в определенной психо-физической и морально-этической направленности. С этой целью адыгами была успешно разработана организационная система воспитания (8, 176).

Спустя столетия любовь адыгов к спорту и спортивным занятиям не прошла, хотя институт аталычества и народные обрядовые игры канули в лету, стали лишь исторической данностью, характеризующей воспитательные традиции в адыгском обществе. Между тем, спортивное воспитание современных адыгов, лишенное со временем традиций адыгской организационной системы воспитания, не столь широко использует и инновационные подходы, разрабатываемые в современной психологии и педагогике. А некоторые из них имеют сходства с традиционным адыгским подходом к воспитанию. К таким можно отнести модель обучения целеполаганию спортсменов на этапах многолетней подготовки, разработанную заведующей кафедрой психологии Адыгейского государственного университета (АГУ) Сусанной Кимовной Багадировой и представленные в её монографии «Становление и развитие целеполагания в процессе профессионализации личности (на примере спортивной деятельности)» (2018 г.).

«Современный спорт, являясь высоко конкурентным видом деятельности, предъявляет жесткие требования к подготовке спортсменов, что стимулирует спортивную науку к обнаружению и раскрытию психологических ресурсов, определяющих их конкурентоспособность. В области психологии уже аккумулирован богатый опыт прикладных исследований проблем психологического сопровождения спортсменов, как ресурс повышения их результативности. Тем не менее, в стране не сложилась полноценная система психологического сопровождения спортсменов. Говоря об этом, мы в первую очередь, подразумеваем отсутствие полноценного теоретико-методологического обоснования психологического сопровождения. Прикладной аспект данной проблемы, хоть и не системно, однако представлен, особенно в национальных командах» - отмечает ученый (9).

Если брать современных тренеров, спортивных наставников, которые, по своей сути, играют роль аталыков, то сегодня в перечень их профессиональных компетенций не входит психологическое сопровождение спортсменов. Уровень знаний, получаемых тренерами в ходе профессионального обучения в области психологического сопровождения спортсменов, является ознакомительным. Разумеется, сегодня их работа не предполагает обучение своих воспитанников «красноречию и рассудительному правосудию; чтобы обеспечивать им авторитет на народных собраниях», как это в свое время делали аталыки в воспитании княжеских сыновей. Основная их задача – воспитание физически, технически и тактически подготовленного спортсмена, способного показывать высокие результаты. Психологическое сопровождение должно осуществляться специалистами – спортивными психологами.

Поскольку в спортивных школах нет психологов, то, как адыгским наставникам, современным тренерам приходиться обучать своих учеников премудростям достижения поставленных целей. Как отмечает Сусанна Багадирова, «в психологии спорта сложилась традиция исследовать цель, как тактический либо стратегический механизм управления деятельностью спортсмена. Четко сформулированные цели мобилизуют действия спортсмена, поддерживают его целеустремленность и настойчивость, определяют стратегии развития новых специальных навыков, умений, влияют на результативность через их воздействие на личные цели, определяют количество и качество тех физических и психических ресурсов, которые необходимо затратить для достижения цели, а также на развитие обусловленных деятельностью личностных качеств спортсмена» (9).

По результатам исследования ученого, «практика целенаправленного обучения целеполаганию спортсменов на этапах многолетней подготовки отсутствует, целеполагание в большинстве случаев осуществляется тренерами интуитивно, что не способствует организации полноценной подготовки спортсменов» (9). Между тем, значение обучения целеполаганию в спортивном воспитании высоко. «Целеполагание - это механизм произвольной регуляции спортивной деятельности. Овладение целеполаганием существенно расширяет возможности спортсмена по планированию, реализации и анализа достигнутых результатов (целей). Это становится возможным в ряду того, что целеполагание структурно состоит из: целеобразования, предполагающего формулирование образа целей, принятия решения, а также планирования, предполагающего построение иерархии и установление временных рамок реализации целей; целеудержания, обеспечивающего сохранение устремления к принятой(ым) субъектом цели(ям); целеосуществления, предполагающего достижение цели с помощью специфических средств, а также оценку достигнутого результата и сопоставление с изначально поставленной целью» (9).

Выбирая цели, спортсмен определяет для себя иерархию и порядок реализации целей своей деятельности; соотносит индивидуальные и групповые цели; оценивает степень применения добровольных усилий в преодолении трудностей, возникающих на пути достижения цели, определяет и внешнее давление на его целеполагание; влияние и взаимозависимость цели и мотивации спортивной деятельности. При этом не следует забывать и об обратной связи, которая дает представление о необходимости корректировки установленных целей; определяет степень влияния знания о предыдущих результатах деятельности спортсмена на постановку его целей (9).

Веками адыгам приходилось противостоять внешним силам, защищая свои земли, и за это они платили собственными жизнями. Обучая своего воспитанника, аталык стремился научить его всему тому, что позволит ему стать достойным воином и приемником своего отца. В этих условиях народное физическое воспитание у адыгов преследовало военно-прикладные цели. Подготовка мальчика строилась таким образом, что кроме физического развития ему приходилось осваивать военную тактику. В условиях боя, неверный шаг или неправильно поставленная цель, определяющая тактику ведения поединка, могли стоить воспитаннику жизни. 
В современном спорте окончание поединка не предполагает как его результат жизнь или смерть спортсмена. Чаще всего поражение в спортивных состязаниях наносит вред психологическому здоровью спортсменов, особенно юных. Поэтому одной из генеральных линей подготовки спортсменов к соревнованиям должен стать анализ основных ошибок спортсменов, которые возникают при постановке целей спортивной деятельности. К таким ошибкам зачастую относятся «неумение ставить реальные (адекватные) цели; отсутствие четкости (конкретности) в формулировании цели; постановка слишком большого количества целей; неверная расстановка приоритетов в ходе целеполагания; постановка противоречивых целей; отсутствие четких временных рамок достижения целей; отсутствие четких критериев достижения цели; корректировка целей, если их достижение затруднено; потеря связи мотивации и цели» (9).

Впрочем, таких ошибок было бы у спортсменов меньше, если бы, как отмечает ученый-психолог Сусанна Багадирова, способность к целеполаганию у них развивалась с учетом возрастных особенностей её становления. «На каждом этапе становления способности к целеполаганию, особую роль играет взрослый, как партнер ребенка в совместной деятельности, обеспечивающий все необходимые условия для развития его потенциальных возможностей. В дошкольном возрасте ребенок начинает дифференцировать основные и вспомогательные цели, которые возникают у него в процессе игры (ведущий вид деятельности). У него активно развивается способность удерживать в уме цель, определять промежуточные этапы достижения цели. Младший школьный возраст обладает большими возможностями для развития способности к целеполаганию. Новообразованиями, являющимися итогом развития, возникающими к концу младшего школьного возраста, являются: осознанная произвольная регуляция деятельности и познавательных процессов; способность действовать во внутреннем плане; новый уровень рефлексии, позволяющий осознавать ход деятельности. К подростковому возрасту, возникает ряд предпосылок для развития самостоятельного целеполагания. Из развития, которым полностью руководит и задает цели взрослый, оно трансформируется в саморазвитие, сознательно регулируемое на основе личностных целей и планов. В период ранней юности ведущим видом деятельности является учебно-профессиональная деятельность, которая способствует установлению целей, связанных с временной перспективой, выбором профессии, а также с профессиональным и личностным самоопределением. К концу рассматриваемого периода у юношей должна быть развита способность к целеполаганию, предполагающая владение определенными умениями: формулирование сущностных характеристик цели предстоящей деятельности, анализ и обобщение условий реализации цели, соотношение (контроль) реализуемых действий с планом деятельности и требованиями, предъявляемым к ней» (9).

Вероятнее всего, аталык не соотносил возрастные психологические особенности своего воспитанника с возможностями развития его способностей. Однако идея опоры на достижения и возможности возраста была известна любому аталыку. В ходе обучения и воспитания он учитывал возрастные потребности своего благородного ученика. По описанию Карла Коха, когда мальчик был уже в состоянии натянуть тяжелый лук или стрелять из ружья, то он должен был предоставить ему оружие. А для того, чтобы подростка научить умело ездить верхом, он должен был обеспечить его конем. Когда его воспитанник становился юношей и отправлялся с ним в поход или на битву, аталык должен был, в первую очередь, беспокоиться о его благополучии, то есть обучить его военным премудростям(5).

В современном спорте, где состязания и игры сродни походам и битвам, тренерам следует помнить о благополучии спортсменов, их психо-физическом состоянии, их возрастных потребностях и своем непосредственном участии в их морально-нравственном воспитании. Развитие способности спортсмена к планированию, реализации и анализа достигнутых результатов - целеполаганию на разных возрастных этапах его спортивной деятельности во многом повышает уровень подготовленности спортсмена и позволит тренеру решать другие сложные задачи подготовки спортсмена. В этой ситуации ему может оказать помощь спортивный психолог, хотя в старину у адыгов опытный аталык решал возникающие трудности самостоятельно.

Библиография: 
1. Якоб Рейнеггс (настоящее имя Кристиан Рудольф Элих), Всеобщее историко-топографическое описание Кавказа (пер. В. Аталикова). Кавказ: европейские дневники XIII-XVIII веков. Нальчик. Издательство М. и В. Котляровых. 2010
2. Генрих – Юлиус фон Клапрот. Путешествие по Кавказу и Грузии, предпринятое в 1807-1808 гг. (журнал "Вестник Европы", 1812 г.). Адыги, балкарцы и карачаевцы в известиях европейских авторов XIII-XIX вв. Нальчик, 1974
3. Тэбу де Мариньи. Путешествие по Черкессии, 1818, Фредерик Дюбуа де Монпере. Путешествие вокруг Кавказа. У черкесов и абхазов, в Колхиде, Грузии, Армении и Крыму, Том I. Нальчик. Эль-Фа. 2002
4. Иоганн Бларамберг (1830). Историческое, топографическое, статистическое и этнографическое описание Кавказа. М. Изд. Надыршин. 2010
5. Карл Кох. Путешествие по России и в Кавказские земли 1836, 1837, 1838 гг. (Пер. А. И. Петрова) Адыги, балкарцы и карачаевцы в известиях европейских авторов XIII-XIX вв. Эльбрус. Нальчик. 1974
6. Джеймс Белл «Дневник пребывания в Черкесии в течение 1837, 1838, 1839 гг. , т. 1-2. Лондон, 1840 — перевод с английского Н. Данкевич-Пущиной. Адыги, балкарцы и карачаевцы в известиях европейских авторов XIII-XIX вв. Нальчик. Эльбрус. 1974
7. Дж. А. Лонгворт (1839). Год среди черкесов. T. 1-2. Лондон, 1840 — перевод с английского А. И. Петрова. Адыги, балкарцы и карачаевцы в известиях европейских авторов XIII-XIX вв. Нальчик. Эльбрус. 1974
8. Киржинов С. С. О некоторых средствах физического воспитания у адыгов в прошлом/ «Культура и быт адыгов», Майкоп, 1989, С.164-176
9. Багадирова С.К. Становление и развитие целеполагания в процессе профессионализации личности (на примере спортивной деятельности): Монография/ С.К. Багадирова._ Майкоп: Изд-во «Магарин О.Г.», 2018.-332с.

Составлено Фатимой Теучеж
Огромная благодарность Сусанне Багадировой за содействие в подготовке материала.
Прокомментировать
Кликните на изображение чтобы обновить код, если он неразборчив