Что такое «Уэркъыгъэ»: не просто сословие, а высшая степень соответствия идеалу

В традиционном адыгском обществе понятие «уэркъыгъэ» (дворянство) выходило далеко за рамки простой сословной принадлежности. Это был сложный нравственно-этический комплекс, определявший образ жизни, систему ценностей и степень личного достоинства человека. В данной статье мы рассмотрим, как формировалось это понятие, какие требования предъявлялись к представителям аристократии и почему «уэркъыгъэ» можно рассматривать как идеал, доступный каждому на пути самосовершенствования.

Уэркъыгъэ как сословие и как качество

В адыгском феодальном обществе сложилось особое, рыцарское по своей природе воинское и светское сословие. Исследователь Б.Х. Бгажноков характеризует его как «внутренне организованное и сплоченное сословие воинов, напоминающее во многом индийских кшатриев и японских самураев». Профессиональными воинами были как князья (пши), так и дворяне-уорки.

Однако ключевая особенность адыгского понимания дворянства заключается в том, что сам статус необходимо было постоянно подтверждать. Как отмечает Э. Спенсер в своих «Путешествиях в Черкесию», «князь, который не отличился храбростью и мужеством, терял свой авторитет». Только обладая неотъемлемыми качествами достойного мужа, он мог иметь влияние в обществе и быть почитаемым своим народом.

Таким образом, «уэркъыгъэ» — это не привилегия по рождению, а высшая степень соответствия идеальному образу адыгского воина-рыцаря.

Система нравственно-этических установок

В основе дворянской культуры лежал сложный комплекс правил и принципов, получивший название «уэркъ хабзэ» — дворянский этикет. Этот свод юридических и моральных норм отличался от общеадыгского этикета (адыгэ хабзэ) более жесткими, усложненными и утонченными требованиями.

Основная направленность «уэркъ хабзэ» заключалась в:

• формировании и поддержании лучших черт личности индивидуума;

• развитии чувства собственного достоинства и самоуважения;

• воспитании уважения к ближнему;

• создании комфортных условий взаимного обхождения.

В адыгской культуре существовал феномен, который исследователи называют «социально-символическим параллелизмом». Это означало наличие двух параллельных параметров требований и оценок: общеадыгского (адыгэ хабзэ) и аристократического (уэркъ хабзэ). В дворянской среде понятие «уэркъыгъэ» означало высшую степень соответствия идеальному образу, и этические принципы проявлялись в более строгой и совершенной форме.

Основные принципы дворянского кодекса

Верность слову и клятве

Для адыгской аристократии отступление от принципа верности данному слову могло быть фатальным. Князь или уорк, нарушавший клятву, подвергал себя большому риску — от лишения наследного сословного статуса до остракизма или даже продажи в рабство.

Э. Спенсер свидетельствует: «Тот, кто нарушал народный мир, отступая от данной им клятвы, нес наказание в виде тяжелых штрафов, эквивалентных тяжести преступления. При отягчающих обстоятельствах нарушителя продавали в рабство, так как он считался человеком, не верным своей клятве, и недостойным жить на родной земле».

Неразглашение чужой тайны

Незыблемым правилом для аристократических сословий считалось неразглашение чужой тайны. Известны случаи, когда адыгские воины-рыцари, не смея переступать этот принцип, навсегда покидали родные земли. Ярким примером является поступок героя песни о Гудаберде, который вынужден был покинуть родину, чтобы не выдать тайну убийства князя. Этот принцип нашел воплощение в пословице: «Уэркъ тайны не разглашает» (Уэркъ хашэркъым).

Сдержанность и достоинство

В аристократической среде употребление в речи непристойных, грубых выражений просто не допускалось. Адыгский князь или уорк не мог себе позволить брань и не терпел ее в свой адрес. С. Броневский отмечал, что подобного рода выражения оскорбляли честь князей и уорков, за что те могли вызвать на поединок равных себе, а представителей более низших сословий — убить на месте.

В подтверждение этому служит пословица: «Гончая не лает, дворянин (уорк) не бранится» (Хьэ джафэ банэркъым, уэркъ хъуанэркъым).

Щедрость

Одним из приоритетных качеств адыгской аристократии выступала щедрость. Добычу, доставшуюся в набегах, воин-наездник оставлял жителям своего селения, а сам мог отказаться от своей доли или забрать самую малую часть богатства.

Пословицы отражают эту установку:

• «Семья дворянина трижды беднеет и трижды богатеет» (Уэркъ щауэ унагъуэр щэ мэщ1акъуэри, щэ мэунэ).

• *«Дворянин-уорк — [делает всего] три действия» (Уэркъыр щэ 1эбэгъуэщ).*

Красноречие

В дворянской среде красноречие ценилось настолько высоко, что приравнивалось к умению владеть оружием. Как гласит пословица: «Рот уорка — его меч» (Уэркъым и жьэ и джатэщ).

Символическое обозначение качества

В адыгской культуре сложилась целая система символических эпитетов, связанных с понятием «уэркъ». Эпитет «дворянский» (уэркъ) употреблялся для обозначения высшего качественного уровня в самых различных сферах:

• уэркъ къафэ — «уоркский танец»;

• уэркъ шы тесыкIэ — «уоркский способ держаться в седле»;

• уэркъ пыIэ — «уоркский головной убор»;

• уэркъ лэкъум — «уоркские лакумы».

Даже в обозначении физических характеристик использовался этот символический эпитет. Тонкий стан, прямая осанка, красивое телосложение сравнивались с высшими слоями общества: «руки красивые, как у княгини» (Iэ дахэ, гуащэ Iэ хуэдэу), «осанка, тело прямое, как у княгини» (Iэпкълъэпкъ занщIэ — гуащэм ещхьу), «фигура, стан точеный, как у уорка» (Уэркъ хуэдэу пкъы ихьащ).

Высшая степень проявления понятия «уравновешенность» — «зэпIэзэрыт» — также стала эпитетом, соотносимым с принадлежностью к аристократическому сословию. Это понятие имело смысловое значение «спокойствие», «последовательность в действиях», «достоинство».

Почему «уэркъыгъэ» доступно каждому?

Хотя исторически «уэркъыгъэ» было сословной категорией, заложенные в нем принципы выходят за рамки социального происхождения. Как отмечается в исследовании, наряду с пословицами, восхваляющими аристократию, существовали выражения, наделяющие высокими нравственно-этическими качествами представителей демократических сословий, в частности свободных крестьян: «Хорошие манеры, как у крестьянского юноши, парня» (ХьэлыфIэ, лъхукъуэщауэ хуэдэу).

Это объясняется духом соперничества свободного крестьянства с представителями аристократических сословий. Свободные крестьяне, убежденные в лучшем знании и соблюдении адыгского этикета, настаивали на «адыгском», более древнем происхождении своих родов.

Таким образом, «уэркъыгъэ» как совокупность качеств — чести, достоинства, верности слову, сдержанности, щедрости и красноречия — представляет собой идеал, к которому может стремиться каждый, независимо от происхождения. Это не столько сословная принадлежность, сколько путь самосовершенствования и соответствия высшим нравственным стандартам.

Князья и уорки, составлявшие феодальную правящую элиту адыгского общества, выработали особый воинский по своей сути и одновременно светский кодекс правил поведения, опирающийся на целую систему нравственно-этических и философских ценностей. Этот кодекс служил стержневым организующим элементом образа жизни адыгских военно-аристократических сословий.

Сегодня понятие «уэркъыгъэ» может быть переосмыслено как пример высоких требований к себе, как модель воспитания личности, для которой честь, достоинство и ответственность за свое слово являются не внешними атрибутами, а внутренним стержнем.

Источники:

1. Адыгэ псалъэжьхэр / сост. А.М. Гукемух, З.П. Кардангушев. Нальчик: Эльбрус, 1994.

2. Бгажноков Б.Х. Очерки этнографии общения адыгов. Нальчик: Эльбрус, 1983.

3. Броневский С. Новейшие географические и исторические известия о Кавказе. М., 1823.

4. Спенсер Э. Путешествия в Черкесию. Майкоп: Адыгея, 1994.

5. Хагожеева Л.С. Нравственно-этический кодекс уэркъ хабзэ в адыгской народной афористике // Вестник КБИГИ. 2019. № 3 (42).